Джентльмены

Наследство — оно как чемодан. Не знаешь, что внутри, пока не откроешь. А откроешь — обратно уже не запихнёшь.

Эдди Хорниман — военный. Точнее, был. Дисциплина, честь, устав. Потом умер отец. И Эдди получил поместье. Красивое. С колоннами, лужайками и родословной, уходящей в века. Всё как в учебнике про британскую аристократию.

Только под лужайкой — плантация. Не тюльпанов. Марихуаны. Целая империя, которую папа строил годами, пока Эдди маршировал на плацу.

Эдди хочет выйти. Продать. Забыть. Но криминал не отпускает тех, кто пришёл — даже если они пришли случайно. Группировки, бизнесмены, люди с именами, которые не гуглят, а шепчут. Каждый хочет кусок. Каждый считает, что Эдди — слабак. Военный с манерами джентльмена — кто его побоится?

Побоятся. Потому что Эдди быстро учится. Учится врать, не моргнув. Учится стрелять, не дрогнув. Учится улыбаться тем, кого через час придётся сдать. Он втягивается — не потому что хочет. А потому что выход один: через.

Тео Джеймс — Эдди, чья челюсть сжата так, что слышно, как скрипят зубы. Кая Скоделарио — та самая, кто знает больше, чем говорит. Дэниэл Ингс — брат, чья зависть острее ножа. Джоэли Ричардсон — мать, чьё молчание — отдельный персонаж. Гай Ричи снимает не сериал — он снимает шахматную партию, где все фигуры матерятся с британским акцентом.

Это криминал о том, что от наследства не отказываются. Его переживают.